Во Франции, где еще недавно полиция не решалась появляться в арабских и африканских пригородах крупных городов, запрещена «бурка» – обязательный мусульманский балахон для женщин. А ведь по сравнению с ней кавказская чадра – просто миниюбка. В Германии, в Гамбурге, закрыта мечеть, где собирались исламские экстремисты. В Швейцарии запрещено строительство двухсот мечетей. В Англии создана «Лига защиты англичан» по примеру американской «Лиги защиты евреев» шестидесятых годов. В России активизировались «скинхеды». В Голландии число голосующих за крайне правые партии увеличилось за последние годы вдвое. А в штате Аризона на юге США местный конгресс к неудовольствию президента Обамы и его правительства принимает закон об ужесточении антиэмиграционных мер. Что происходит ? И почему ? Неужели Запад и впрямь заново охватила эпидемия расизма, казалось бы, вычеркнутая из истории человечества 65 лет назад ?
С первого взгляда – да ! Об этом, кстати, беспрестанно пишет и говорит оппозиционная пресса. Но проблема далеко не так однозначна. При всем своем остаточном шовинизме европейский обыватель в шестидесятые – семидесятые годы прошлого века не проявлял по отношению к хлынувшим в Старый Континент эмигрантам из стран третьего мира откровенной враждебности. Отчуждение, больше того – неприятие, которые все стараются скрыть, начались, когда эмигрантская масса перевалила через какую – то таинственную демографическую величину. В принципе это можно сравнить с раствором, в который всыпали слишком много соли, и она выпадает в осадок.
Трагический парадокс: чем больше эмигрантов собираются в одном месте, тем увереннее они себя чувствуют. Держаться в массе всегда легче и удобней. Ты – среди своих. Не надо привыкать, меняться, подстраиваться. А это как раз – рецепт для подозрительности и неприятия со стороны коренных жителей. Они видят в эмигрантах угрозу своей истории, культуре, привычкам.
Налицо жесткая альтернатива: или «Мы» или «Они». Процент абсорбировавшихся эмигрантов куда ниже чем не желающих абсорбироваться. Инстинкт тех, кто не хочет влезать в чужую шкуру: нужно создать в комфортной и сытой Европе свое Марокко или Турцию, Нигерию или Пакистан. К сожалению, это зачастую сказывается не только на втором, но и на третьем поколении новоприбывших.
Лишь за два последних десятилетия число эмигрантов на планете по данным ООН выросло в Европе на 37 процентов, а в Северной Америке – на 80. Только по официальным данным на сегодняшний день их насчитывается 214 миллионов. Причем, они явно не включают нелегальных перебежчиков.
Западу, увы, не обойтись без постоянного притока эмигрантов. Его цивилизация со всеми ее достижениями и высоким уровнем жизни – на спаде. ХХ век, ставший ее вершиной и триумфом, сам же ее и подточил. Две мировые войны. Сто миллионов погибших. Лава насилия и идеологического безумия. Крах империй. Кто не сломается ?…
И сломались ! Из – за чудовищных человеческих потерь резко снизилась рождаемость, стало не хватать рабочих рук. Вслед за Германией, решившей пригласить переселенцев из Турции, на пересадку «чужой ткани» вынуждены решились Франция и Британия, Голландия и Бельгия, Испания и Италия.
А это, в свою очередь, привело к скачкообразному росту преступности и тяжелому бремени налогов. Но что еще хуже – в крупных городах появились эмигрантские гетто,куда полиция не смеет сунуть носа. Помните уличные погромы в Париже ? Опасные кварталы Амстердама и Берлина, Неаполя и Афин ? Даже в Тель Авиве, в районе старой центральной автобусной станции с осевшими здесь нелегалами из Судана и Эритреи, криминогенная обстановка зашкаливает все возможные цифры.
Можно, конечно, возводить многокилометровые стены и нафаршировывать их электроникой. Как на границе между США и Мексикой. Между испанским анклавом в Сеуте на границе с Марокко и самим Марокко или между Саудовской Аравией и Йеменом. Но стены – не помеха: эмигранты с риском для жизни перебираются и через них. На утлых суденышках контрабандистов, подвергаясь смертельной опасности, ночами подбираются к берегу. Контрабанда живой силы стала в последние десятилетия таким же бизнесом как террор или пиратство.
Удасться ли ли остановить этот демографический процесс, напоминающий великое переселение народов на границе старой и новой эры ? Весьма сомнительно ! Сегодня, в эру глобализации, земной шар – калька какого – нибудь мегаполиса, где богатые и просторные особняки и коттеджи окружены темными и опасными трущобами. Там отчаянье рождает злобу и жажду мести, а надежда выбраться из нужды сжигается ненавистью к тому, кто богаче и образованней.
Запад вынужден идти на непопулярные меры. Уже обсуждается вопрос о лишении гражданства эмигрантов, замешанных в терроризме или серьезных уголовных преступлениях. Французы даже лишили своих паспортов и изгоняют в Болгарию и Румынию несколько сотен цыган. Впрочем, цыгане – лишь что – то вроде намека. В основном, эти шаги направлены против агрессивности исламского фундаментализма. Отказавшись приютить у себя черных жителей Гаити, пострадавших от жесточайшего землетрясения, Соединенные Штаты послали гуманитарную помощь. А соседняя с Гаити Доминиканская Республика предложила бедствующим соседям… своих солдат. Ну, – чтобы предотвратить начавшееся здесь мародерство и грабежи. Легко осуждать: куда тяжелее взять на себя непосильное бремя…
Решить проблему массовой эмиграции сразу, в один присест – невозможно. Сегодня капитал – не поместье, как когда – то, не аристократический титул или родительское наследство, а Знание, Образование. А чтобы поднять в этом отношении на нужный уровень население отсталых стран, потребуются десятилетия.
Если бы ООН не была так коррумпирована, можно было бы создать миллиардный фонд для обучения студентов из стран Азии и Африки. Образование и содержание бесплатное, но с одним условием: после окончания высшего учебного заведения студенты обязуются отработать в странах где они родились, пять шесть лет. Иначе – возвращайте все вложенные в вас средства.
Но пока ООН занята никогда не голодавшими палестинцами и закрывает глаза на геноцид на Черном Континенте и в Азии, Запад не спешит вмешиваться. В конце – концов, – свое благополучие дороже. Да и коррупция в «третьем мире» зашкаливает все допустимые и недопустимые пределы. А процесс преобразования бесконтрольных диктаторских режимов во что – то более или менее приемлемое -
дело длительное. За это время лава легальной и нелегальной эмиграции может сжечь ухоженные просторы западного мира.
Конечно, свинство – превращать страну в полицейский участок, а армию и полицию – в профессиональных вышибал. Но пока никто ничего лучшего не придумал.
